Фото: AFP

Бесплатные информационные услуги мобильной связи в роуминге могут оказать неоценимую помощь. Еще один пример такой выручки случился во время крушения лайнера Costa Concordia, на котором были и украинцы. Благодаря услуге “Родина на связи” наши соотечественники смогли быстро дозвониться в украинское консульство и получить от него необходимую своевременную поддержку.

Об этом рассказал одессит Сергей Филиппов, оказавшийся в последнем круизе Costa Concordia. Вернувшись в Украину, он поделился с нами своими впечатлениями и переживаниями от аварии лайнера, действий экипажа, пассажиров и сотрудников украинского МИДа.

Об услуге “Родина на связи”: В 2007 году в рамках кампании по защите прав украинцев за рубежом «МТС Украина» и МИД Украины запустили проект по информированию и предоставлению помощи гражданам Украины, находящимся за рубежом. Так, абонент МТС при выезде заграницу получает текстовое сообщение с телефонами и адресом посольства или консульства Украины в соответствующей стране. Услуга «Родина на связи» предоставляется абонентам бесплатно.

Далее мы даем рассказ от лица Сергея Филиппова: 

«Еле успели на корабль…»

Круизный тур на Costa Concordia мы купили на одном американском интернет-сайте. Из Киева прилетели в Венецию, затем побывали во Флоренции, после чего поехали на поезде в Рим. В Чивитавеккья (городок-порт в 80 км от Рима. – прим. МТS Today) мы должны были приехать на корабль часа за два до отплытия, но в Риме вдруг забастовали таксисты.

Пришлось от вокзала бежать по переулкам – таксисты только выпускали пассажиров, но не давали никому уехать, – и, на наше счастье, в одном из переулков смогли найти дедушку-таксиста. Только он не сильно ориентировался, где в Чивитавеккья находится порт – в общем, мы кое-как попали на корабль за десять минут до отхода. Причем буквально к борту подъехали – на причале уже вовсю работали швартовщики в оранжевых жилетах. Ребята-филиппинцы взяли наши чемоданы, мы едва успели забежать по трапу на корабль, после чего трап затащили внутрь. Молили Бога, чтобы успеть – и в итоге успели.

Мы разместились в каюте, приняли душ, пришли в себя, переоделись. Коридорный вручил нам талончики на ужин в ресторане «Милан», и к 21:00 мы пошли на третью палубу. Мы чуть задержались, конечно, но в ресторане только начали есть, как вдруг случились удар, скрежет, вибрация, звуки бьющейся посуды, крики официантов, свет погас, началась паника. Примерно в 21:20 мы сели на мель. Первая мысль была – бежать в каюту за вещами. Но супруга Александра никуда меня не отпустила, и правильно сделала – пробоина была ниже уровня первой палубы. Я был в джинсах и легкой рубашке, супруга – в платье и туфельках. Нам повезло, что было довольно тепло – примерно плюс пятнадцать. Мы побежали в каюту тестя на седьмую палубу. Света уже почти нигде не было, работали только аварийные дизель-генераторы и светоуказатели. В каюте тестя максимально утеплились: я взял его вторую куртку, жена свой пуховичок нашла в чемодане, взяли два жилета – и стали подниматься на верхнюю, навигационную, палубу.

Ошибка капитана

Я – моряк-профессионал с немалым опытом, но даже мне было очень сложно поверить, что на судне такого уровня с соответствующим навигационным оборудованием (продвинутые сонарно-лаговые системы, просматривающие глубину по курсу движения на ближайшие несколько сотен метров) может случиться такая ситуация. Мог допустить, что мы с кем-то столкнулись, но когда мы поднялись на верхнюю, навигационную, палубу, то увидел, что рядом с нашим кораблем никого нет! Тогда мне и стало понятно, что это – халатность капитана. Кстати, еще когда плыли, меня уже удивило, что судно слегка кренилось на левый борт, но вот когда мы уже напоролись, корабль стало резко кренить вправо. Я даже сказал: «Боже! Неужели это произошло с нами? Надо сваливать отсюда!».

Весь кошмар длился примерно 20-25 минут. Но все происходило в очень быстром темпе. Когда мы начали спускаться, я спросил у коридорного-филиппинца – где находится палуба со спасательными шлюпками? И слышу ответ: «В этом нет необходимости, сэр, все нормально, идите в каюты». Когда мне пришлось повысить голос, он сказал, что шлюпки – на четвертой палубе. Мы туда прибыли одними из первых.

Оказалось, что у капитана, помимо основной трагической ошибки – то, что мы напоролись на скалы, – была еще одна – он усиленно вводил всех в заблуждение. Я слышал объявления на нескольких языках – итальянском, немецком, французском, русском и даже на  китайском – о том, что всем следует сохранять спокойствие. Что есть небольшие проблемы с остановкой дизель-генераторов и работой электроники. То есть, пассажиров сознательно вводили в заблуждение. Особенно от этого пострадали послушные немцы – они искренне удивлялись попыткам одного пассажира-россиянина надеть спасательные жилеты-нагрудники на их детей, мол, что ты делаешь, зачем проявляешь эту инициативу, если нам объявили, что все нормально?

Мы одними из первых прибыли к шлюпкам, затем пришли филиппинцы. У нас – красные спасательные жилеты, у них – желтые. И вот мы стоим возле фальшборта, откуда открывается доступ к шлюпкам, они расписывают, кто куда садится, но нас не пускают! Я снова повысил голос: чем вызван столь глупый и нелогичный запрет? Оказалось, не было распоряжения капитана! Вот тогда у меня и закралась мысль, а есть ли вообще на этом судне капитан и чем он тогда занимается? А судно тем временем кренилось все сильнее и сильнее. Промедление грозило тем, что эвакуироваться на шлюпках было бы вообще невозможно – мы бы уперлись в борт.

Но наконец-то прозвучал сигнал покинуть корабль – шесть коротких и один длинный гудок – стали открываться лацпорты (грузовые люки во внешней обшивке, задраиваемый водонепроницаемыми дверями. – прим. МТS Today), в нашу большую шлюпку, рассчитанную на сто пятьдесят человек, набилось под две сотни людей. Но мы таки уперлись в борт. Паника, народ кричит – был риск, что мы могли перевернуться. К счастью, работая баграми, мы смогли эвакуироваться. А вот пара других шлюпок таки перевернулась, и люди сыпались в воду как горох. Хорошо еще, что вода была более-менее теплой, градусов тринадцать примерно, – можно было продержаться несколько часов. Хотя мы были не так далеко от берега – 150-180 метров. Такое расстояние можно и проплыть.

«А может, по сто грамм?»

На судне было довольно много стариков, ведь на судах подобного класса обычно отдыхают пенсионеры. Например, у нас была одна бабушка 1912 года рождения – она в январе как раз отмечала 100-летний юбилей. Она, кстати, выжила. Но и помимо нее в круизе плыло очень много пожилых людей – 70, 80, 90 лет людям. И двум погибшим итальянцам было за 70, они при эвакуации забежали не в тот закуток…

При этом всем у некоторых оставалось чувство юмора. Когда мы бежали к шлюпкам через ресторан, там уже никого не было. Тут наш тур-менеджер Дима и спросил: «Сергей Александрович, может, давайте по «соточке» примем?» Но еще больше нас удивило, когда мы пробегали следующий бар. К тому времени уже слышался треск – судно конструкционно начало ломаться, – а там народ продолжал гулянку, даже песни вовсю распевали!

Конечно, когда мы отплыли – все вздохнули с облегчением. Каких-то десять минут – и мы благополучно причалили на остров Джилио. Пять-шесть шлюпок уже к тому времени причалили. Мы одними из первых спаслись.

Вот еще интересный момент: большинство спаслись, что называется, «в том, в чем были» – без копейки денег. Почему? Был концерт фокусника, Magic Show. На нем иллюзионист действительно творил чудеса. И вот, как рассказывали ребята, фокусник в очередной раз что-то сделал – и вдруг погас свет, что-то не то стало с пароходом – многие действительно восприняли это как фокус!

Нам повезло в том плане, что мы уехали одними из первых. А ведь многие выскакивали, когда уже шлюпок  не было, и судно тем временем все кренится и кренится – конечно, это серьезное потрясение. Мы приплыли на остров, и где-то еще полчаса на Costa Concordia горели внешние огни. Потом и они потухли.

Сергей Филиппов, поделившийся своими впечатлениями и переживаниями от аварии лайнера

Вместе с нами была российская супружеская пара – те самые герои телепрограммы из Санкт-Петербурга. Они как раз встречали Старый Новый Год на нижней палубе. Муж – профессиональный спасатель, его профиль – альпинизм. И когда началась вся эта заварушка, он понял, что необходимо надевать нагрудники. Мы к тому времени не более трех часов плыли, а они еще сели в Барселоне – круиз-то был с заходами во множество портов. Он рассказывал, что детей из соседних кают буквально насильно запихивал в нагрудники и выносил на выход. Он увидел, как филиппинцы, уже в отсутствие шлюпок, связывали шторм-трапы, и народ по ним спускался с корабля.

Те, кто находился на левом борту, в принципе, могли без особых усилий переместиться на подходящие корабли – там же порт в двух шагах, достаточно много и прогулочных катеров, и рыболовных траулеров. А вот они с супругой были в кормовой части. Им пришлось бежать, и пока еще сохранялся положительный крен – можно было достаточно быстро передвигаться. А когда уже Costa Concordia завалилась на бок, то перемещаться можно было, только держась за поручни. В этой кутерьме он потерял жену из виду – люди прыгали на подошедший военный катер, а он – промахнулся на пару метров и упал в воду. Его подобрал рыбак, буквально багром втянувший к себе на борт. Он привез россиянина не прямиком в порт, а доставил рядом – в маленькую бухточку возле поселка. И только утром в «Хилтоне» он встретил супругу – ее рано утром сняли с корабля вертолетом. Она лежала прямо на боку судна, аккурат на буквах «Costa Concordia». Конечно, не хотелось бы еще раз пережить чего-то подобного…

С МТС дозвонились в консульство

На берегу наш менеджер Дима, у которого МТС отлично работал в роуминге, сразу предложил позвонить в консульство. Контакты у нас были – номер телефона МТС прислал, как только мы прилетели в Италию. В консульстве, несмотря на то, что время шло к полуночи, сразу сняли трубку. Мы рассказали о ситуации, и первым вопросом было: «А сколько вас?». Ответили, что пока – четверо, но потом украинцы наверняка еще прибудут. Затем уже работники консульства нам звонили, живо интересовались нашим самочувствием, предлагали свою помощь.

Мы всю ночь ходили по Джилио. Этот остров небольшой: гостиниц нет, только школа, храм внизу, и крепость на горе. Местные власти тоже с пониманием отнеслись к нашей проблеме. Они открыли для нас школу, мы ее быстро заполнили. Точно так же народ набился и в храм, затем приехал автобус, забрал людей и повез в крепость. Но все равно, представьте: вдруг нежданно-негаданно приехали четыре тысячи человек. Их нужно всех где-то разместить, а еще и похолодало. Если мы были более-менее одетыми, то были и те, кто буквально в одних трусах с «Косты Конкордии» выскочил. Падре в храме выгреб всю одежду, которую только мог. Мне носки предлагал – я отказался.

Люди, живущие на острове, тоже прониклись: с балконов нам бросали одежду, в одном из баров нас угощали бесплатно. В другом, правда, подняли цены ровно в два раза. Нам повезло – мы попали в нормальный бар, с нормальными ценами, попили бренди, чуть отошли.

Часа в четыре утра пришли паромы, и нас отвезли на материк. Где-то через час-полтора нам организовали и теплые одеяла, и большой шатер, и кофе с чаем, и пиццу, и психологическую помощь. И переписали нас, естественно. А затем уже кто куда разъехались – в Барселону, Марсель, Савону. А мы поехали в аэропорт Фьюмичино, под Рим, где нас разместили в отеле Hilton. Нам привезли гуманитарную помощь. У моей жены был выбор: при ее 36-м размере ноги – кроссовки либо 40-го размера, либо 35-го.

Буквально вечером господин Горяинов (консул Украины в Италии Роман Горяинов. – прим. МТS Today) всем нам – а нас было 35 человек – привез паспорта возвращенцев. На следующий день снова пришел Горяинов и сказал: «Ребята, уже можете улетать. Первый самолет МАУ – на Киев, а оттуда на Одессу». Наверное, нам повезло с консульством – следует отдать должное господину Горяинову. Кстати, по его словам, на консульском учете в Италии стоит примерно шестьсот тысяч украинцев. А есть же много и на нелегальном положении.

Всего нас с Costa Concordia было тридцать пять украинцев, несколько – живущих и работающих в Италии, остальные – кто из Киева, кто из Запорожья. Нас, одесситов, было больше всего – двадцать три человека.

В Украину мы прилетели на следующий день. Наш самолет чуть задержали, пока не собрали всех украинцев. В аэропорту нас уже встречала внушительная делегация: МЧС, психологи. Мы немного посидели в аэропорту, затем пересели на рейс Киев-Одесса. В Одессе нас тоже встречали как героев. 

ПОДІЛИТИСЯ
  • Виталий Жданов

    Тут еще работники консульства молодцы. Иные бы и телефон на ночь отключили

  • Serj

    Все хорошо, что хорошо заканчивается