Хотя технологии мозго-компьютерного интерфейса только начинают зарождаться, уже появился публичный движение, участники которого просят власти действовать на опережение и защитить самое ценное, что есть у человека — его мозг от возможных манипуляций. Они назвали свою концепцию нейроправами и хотят, чтобы ее приняли на уровне Универсальной декларации прав человека, которую утвердили в ООН в 1948 году и который стал универсальным стандартом прав для всех людей.

Автором инициативы нейроправ NeuroRights Initiative является ученый Рафаэль Юсте из Университета Колумбии. Он вместе с последователями предлагает пять приложений к универсальной декларации прав человека. Это право на персональную идентичность, право на свободу воли, право на ментальную приватность, право на равный доступ к ментальным дополнениям и право на защиту от алгоритмических предубеждений.

Участники этой инициативы говорят, что до ее реального принятия и превращения в актуальную политику еще много времени, ведь даже технологии, на защиту от которой нацелена инициатива, еще не существует.

Власти некоторых стран решила не ждать появления и распространения технологий мозго-компьютерного интерфейса и проблем, которые может принести его бесконтрольное использование. Поэтому Национальный Конгресс Чили утвердил поправки в Конституцию, которые предоставляют гражданам защиту от злоупотребления подобными технологиями. При подготовке поправок чилийские политики разрабатывали собственные идеи, хотя и обращались к участникам NeuroRights Initiative и Юсте за советами.

Хотя технологии мозго-компьютерного интерфейса еще только зарождаются, даже тестовые образцы уже демонстрируют возможности, которые раньше считались фантастикой. Например, компания Neuralink, принадлежащая Илону Маску и которая разрабатывает подобную технологию, позволяет удаленно отслеживать данные из мозга.

Активисты уже сейчас предусматривают ряд проблем, которые может принести коммерциализация нейротехнологий. Например, как сделать так, чтобы не только богачи имели доступ к технологиям улучшения мозговых возможностей? Кому принадлежит копирайт на записанный сон? Какие законы нужно принять, чтобы защитить человека от модификации его памяти через нейроимплант?

Зарождение инициативы

Идея того, что нужно действовать на опережение, появилась у Юсте когда он стал частью инициативы BRAIN Initiative, которую запустила администрация позапрошлого президента США Барака Обамы. Эта программа объединяла национальные нейролаборатории в один инструмент для разработки Мозгово-компьютерного интерфейса и соответствующих технологий. В медицине существует много различных этических разрешений и запретов, однако нет общего Этического кодекса в отношении нейротехнологий.

«В первом докладе, который мы отправили Обаме, мы подчеркнули необходимость этического регулирования всех этих технологий”, — рассказывает Юсте.

В 2017 году Юсте проводил неформальные переговоры и встречи с волонтерами и неравнодушными, что получило название The Morningside Group. Юсте проводит аналогии работы группы с работой разработчиков атомной бомбы в проекте “Манхэттен”, которые в 1939 году поняли, что ядерная технология изменит мир.

“Три дня этой закрытой встрече, и мы создали серию этических рекомендаций, также с учетом, что это проблема прав человека”, — рассказывает Юсте.

Очень важная теория

Такие вопросы как копирайт на записанный сон или защита мыслей, если их может кто-то прочитать, сегодня являются исключительно теоретическими. Однако эти вопросы родились у участников The Morningside Group результате их собственных экспериментов и это лишь вопрос времени, когда разрабатываемые ими технологии станут массовыми и более эффективными.

Например, один из проектов Юсте занимался тем, чтобы понять, как группы нейронов вместе сотрудничают в визуальном сегменте коры головного мозга. Однако случайно ученым удалось изменить то, что воспринимает подопытная мышь. Она начала видеть не то, что было на самом деле. Ученые тщательно исследовали процесс и смогли заставить мышь видеть вертикальные полосы даже когда их не было.

Такое открытие не только вдохновило Юсте, но и очень расстроило его. Он предупреждает, что даже несмотря на зачаточное состояние этой технологии, уже есть все необходимое, чтобы можно было манипулировать тем, что воспринимает подопытное существо.

Другой ученый Джек Галлант занимался тем, чтобы лучше понять систему видения человека. И в итоге он с командой заложил основы для считывания некоторых типов мыслей, например, изображений, которые мысленно визуализирует человек. Для этого используется технология функционального магнитного сканирования и алгоритм.

В одном из экспериментов им удалось получить видео из мыслей подопытного. Репродукция была неидеальной, однако это лишь первый шаг по декодированию человеческих мыслей.

В компании Neuralink, принадлежащая Илону Маску, обещают однажды выпустить имплантаты, которые позволят лечить расстройства мозга. Пользователи смогут дистанционно управлять гаджетами и даже улучшать память и интеллект. Сейчас решение Neuralink уже позволило обезьяне играть в видеоигру с помощью мыслей.

Хотя каждый мозг уникален, но общие принципы его работы универсальны. И ученые предупреждают, что технологии манипуляции и считывания данных с мозга уже существуют. Публика недостаточно образована и информирована, чтобы принять взвешенное решение о необходимости защиты приватности с распространением таких технологий.

“Это новый фронтир борьбы за приватность, — говорит профессор философии Сара Гоерінг. Она является одним из руководителей группы нейроэтики Университета Вашингтона. — Вещи внутри нашей головы являются нашими, они интимные. Мы делимся ими, когда хотим. И мы не хотим, чтобы они стали для опыта”.

Гоерінг изучает эффекты мозго-машинного интерфейса на пациентов в рамках своей исследовательской работы. Она отмечает, что будущие нейротехнологии могут принести свободу многим людям. Однако даже существующие мозговые и машинные интерфейсы не всегда обеспечивают достаточную прозрачность в отношении того, как они работают.

Такие мозго-машинные технологии, которые позволяют людям управлять куросом мыши с помощью мыслей или проводят глубокую стимуляцию мозга для смягчения эффектов болезни Паркинсона или депрессии, являются замечательными инструментами. Однако, говорит Гоэринг, пользователи таких девайсов иногда задаются вопросом, кто же на самом деле контролирует действия.

Один из юзеров системы DBS для смягчения последствий болезни Паркинсона замечал, что иногда его нога ступала не туда, куда он хотел. При этом он не мог разобраться, сбои ли это в приборе, или он просто ставил ногу не в то место. Пользователю казалось, что система DBS имела больше контроля над его телом, чем он сам.

«Это устройство следовало за моими действиями и намерениями сделать что-то. Но сделал ли это я или сделал ее, или мы сделали ее вместе?”, — задается вопросом Гоерінг.

Нейротехнології имеют большой потенциал уменьшить страдания и улучшить качество жизни людей с проблемами здоровья. Поэтому сдерживать развитие таких технологий не этично. Наличие таких технологий особенно остро стоит для людей, которые не могут выразить свое согласие на их использование, например, люди с искаженным сознанием и когнитивными расстройствами движения. Такие пациенты визуально кажутся бессознательными, однако они могут думать и воспринимать окружение. Сканирование с помощью fMRI позволяет выявить таких людей, находящихся в вегетативном состоянии, а также иногда их реакцию на слова.

«Оказывается, что 14-15% людей, которые выглядят бессознательными на самом деле в сознании. Если просканировать активность их мозга, близкие смогут знать, что человек имеет сознание и это может изменить решение по заботе о нем”, — говорит американский врач Джозеф Финс.

Проблема нейротехнологий вне медицины

Активисты борьбы за нейроправа больше обеспокоены о немедицинское использование мозго-машинных технологий. Это уже вызывает озабоченность по поводу технологии транскраниальной стимуляции мозга постоянным током. Подобные гаджеты перешли со стадии лабораторных экспериментов в стадии потребительских устройств несколько лет назад, однако до сих пор нет инструкций их безопасного использования.

«Мы до сих пор находимся на ранней стадии такой технологии, — предупреждает Финс о транскраниальной стимуляции мозга, которая может потенциально вызвать судороги, урегулирование эмоций, опухоли в мозге. — Еще есть риск шарлатанства. Знаете, 19 столетие было увлечено электромагнетизмом, но это ничего не сделало”.

Во многих случаях нейроправа будет неким монстром Франкенштейна с точки зрения вовлеченных защитных агентств и законов. Частично ими будут заниматься существующие организации по использованию медицинских приборов, существующие законы о приватности и новые законы о нейротехнологиях.

«И вот где ваши права начинают действовать. Как только вы заводите разговор о мозге, вы не можете избежать разговора о правах человека, поскольку мозг — это то, что делает нас людьми”, — говорит Юсте.

Юсте хочет не допустить ситуации, когда все проходят мимо нарастающую проблему до момента, пока не станет слишком поздно ее регулировать. Это уже произошло с соцсетями, которые превратились в кошмар для приватности, безопасности и этики.

«Возможно, мы можем быть немного умнее с нейротехнологиями”, — говорит Юсте. — И мы сможем создать этические нормы, которые синхронизированы с нашей человечностью”.

По материалам Gizmodo